עברית | English | Русский
     
     

Израильские писатели в Москве


09.09.08, МОСКВА, АЕН (Соб. корр.) - В рамках экспозиции Израильского культурного центра на XXI ММКВЯ Москву посетили израильские писатели Аминадав Дикман, Ариель Хиршфельд и Мири Литвак.

Эти авторы специализируются на переводах русской классики на иврит. Сегодня ивритоязычные граждане Израиля с удовольствием знакомятся с "Евгением Онегиным", открывают для себя "Мастера и Маргариту" и погружаются в мир гоголевской прозы.

Примечательно, что и русская поэзия не обделена вниманием. В свет вышли 4 книги переводов поэзии Серебряного века. Серия знакомит израильских читателей с творчеством Ахматовой, Блока, Цветаевой и Пастернака.

Автором переводов выступила Мири Литвак, писатель, театровед.

Её творческий путь начался задолго до репатриации в Израиль. Родилась Мири в Перми, там закончила восьмилетку, там и были заложены любовь к русской литературе и языку.

Писательница вспоминает, что никак не могла понять, как можно начать думать на другом языке, воспринимать его как родной. Но постепенно-постепенно это пришло. Отслужив в армии и окончив израильский университет, пройдя обучение в Сорбонне, Мири начала писать, писать на иврите.

Её рассказы и статьи стали публиковаться в журналах. Вскоре был готов к выходу в свет первый роман "Русские спят обнаженными".

Книга уже была в типографии, когда автор поняла, что ей бы хотелось добавить эпиграф. На ум пришли строки стихотворения горячо любимой Марины Цветаевой: "Мировое началось во мгле кочевья…".

Мири стала искать переводы стихов, но то что она находила, ей было не по душе: либо переводы слишком устарели, либо абсолютно не передавали настроение, ритм, силу авторского слога.

Поиски так бы и закончились ничем, если бы кто-то не подсказал ей сделать перевод самой. Мири довольно долго не решалась на такую, по её словам, "дерзость и наглость".

Но потом решила, что сделает этот перевод для себя. Перевела, показала одному-другому, получила одобрительные отклики. Так началась многолетняя плодотворная дружба между израильской писательницей Мири Литвак и поэтами Серебряного века.

Поэзия стала для Мири своего рода спасительной соломинкой. В непростое для страны и для самой автора время, она обращалась к стихам русских поэтов и находила в их переводах творческую отдушину.

Как говорит сама Мири: "В моем творчестве мне как будто кто-то показывал дорогу. Я петляла, кувыркалась, ковыляла, но результатом все равно становился стройный стих.

Самое трудно в стихах - это понять глубинный смысл, заложенный автором и при переводе не подрастерять эмоции и чувства. Переводя на другой язык, я не создаю чего-то нового, но дарю второе дыхание. Стихи, которые я лепила каждый день, подарили мне творческое облегчение и наслаждение".

Визит Мири в Москву не остался незамеченным. Писательница провела два творческих вечера: один в доме-музее Марины Цветаевой в Москве, другой - в блоковском "Шахматово".

Любители поэзии с удовольствием отмечают, что авторский ритм, динамика и чувственность стихов переданы настолько точно, что даже в ивритоязычном варианте нетрудно узнать любимые строки.

- Мири, вы переводите стихи в промежутках между романами?

- Не могу сказать так однозначно. Одно стихотворение из 12 строчек можно перевести за один день, а потом бесконечно править, подбирать новый вариант, играть со словами, так что перевод затягивается на недели. Получается, что перевожу и во время написания романа, и в промежутках.

- Существуют ли в Израиле рецензии на ваши переводы? Проводите ли вы подобные творческие вечера?

- Естественно, в ряде литературных изданий были опубликованы рецензии на мои переводы.

Имеют место быть и творческие вечера. И скажу Вам, что больше всего удивляет израильтян художественное прочтение стихов. Это для израильского читающего общества некое нововведение.

- Мири, как вы переводите стихи: свободно, рифмовано, ритмически?

- Мне кажется неприемлемым перевод без рифмы и без размера, даже чем-то кощунственным. Я перевожу и с рифмой и с размером. И как говорит мой редактор: "У Мири мягкие рифмы".

В иврите есть большая разница между литературным и разговорным. Есть некоторая гибкость, но форма имеет большое значение. Стих без формы, это как исполнение любимой песни на одной ноте.

- Какие основные трудности встречаются при переводе?

- Я всегда говорю, что это моя работа и она должна быть сложной. Если работа легкая, то она становится неинтересной, поэтому те сложности, которые я встречаю на своем пути - они решаемы.

Как я уже говорила, главное- это донести весь глубинный смысл, другие сложности носят уже скорее технический характер.

Например, различие родов. Возьмем слово весна. В русской поэзии её часто олицетворяют с молодой, румяной девушкой, в цветастой юбке, в зеленой косынке. В иврите весна - мужского рода. И что тут делать, как выкручиваться?!

Или такие слова, как рябина, частокол, бурелом, ветла. Они непонятны и незнакомы израильскому читателю. Названия растений мне приходилось искать на латыни, поскольку зачастую ивритского аналога просто не существует.

- Ну и напоследок традиционный вопрос о ваших творческих планах?

- Мне бы очень хотелось начать переводить творчество Лермонтова. Надеюсь, что скоро у меня появится такая возможность, и я буду готова к этому и творчески и морально.

 

Cсылка на источник / Link to source

Back